Алексей КОЛЕНСКИЙ

«Матрица: Воскрешение», пробуждение, забвение

На экранах — возрожденная «Матрица», вызвавшая недоумение поклонников трилогии. Сюжет ремейка и впрямь анекдотичен, но отдельные детали чрезвычайно многозначительны…

Год назад в интервью Лана Вачовски призналась, что культовая трилогия была метафорическим высказыванием о смене ее половой идентичности: «Матрица» говорит о желании трансформации, но она рассказывает о нем из латентной перспективы…» Концептуальный каминг-аут режиссерки перечеркнул бесчисленные зрительские интерпретации ленты, но тут возникла проблема — в частном интимном свете премьера «Воскрешения» Ланы выглядела необязательным послесловием к тотальной матричной мистификации, проваленной миссии по спасению человечества.

Так и вышло: победа над злом оказалась фикцией, все жертвы были напрасны, с первых кадров становится очевидно, что Нео (Киану Ривз) не удалось освободить мир, Матрица перезагрузилась и превратилась в клетку для героя. Бывший Нео по-прежнему прозябает в офисе, страдает бессонницей и обсессивно-компульсивным расстройством, а на деле является биологической батарейкой. Выхода нет, фабула «Воскрешения» выглядит абсурдным дежавю, включающим беготню за Кроликом, употребление красной таблетки, пробуждение в светящейся ванночке, перемещение в подземный городок Зион и отчаянную борьбу с Матрицей, правда, не во имя спасения человечества, а ради воссоединения с застрявшей в симуляции подругой. В конце «Воскрешения» не Нео, а Тринити (Кэрри-Энн Мосс) оказывается истинной Избранной — очевидно, в силу гендерного соответствия высокому званию.

Сменившая пол Вачовски драпирует убожество замысла эффектными тряпками — схоластическими спорами о модальности и бинарности, акробатическими побоищами вездесущих ботов и обознатушками-перепрятушками всех прочих. В частности, постаревший Нео оказывается «зашит» в оцифрованный образ плешивого старика, так же, как и не опознающий героя Агент Смит (открытый гей Джонатан Грофф) скрыт под оболочкой лощеного хлыща. Слово за слово выясняется, что антагонисту жизненно необходим Нео, но тот — никто без алхимии с Тринити. Прочие «чудесные помощники» во главе с Пифией оказываются начисто стерты Матрицей, обнулены и их заслуги в деле первого пробуждения «Избранного».

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Элиде Кабасси: «Художник не должен оставлять после себя неудачные картины»

«Повезло» лишь аватарам Кролика (Джессика Хенвик) да Морфеуса (Яхья Абдул-Матин II) и интригану Меровингеру (Ламбер Вильсон), переквалифицировавшемуся в буйнопомешанного клошара: «Все лизали мой холеный зад, у нас был стиль, грация, беседа, картина, книги, оригинальность мысли!» Красноречивый образ — европейская культура, некогда служившая тонкой прокладкой между симуляцией существования и отчаянной борьбой за выживание человеческого вида, превратилась в грязную ветошь. Взамен старосветского интеллектуэля Матрица эксплуатирует штатного психотерапевта — «врачующего» Нео творца иллюзий Аналитика (Нил Патрик Харрис).

Куда любопытнее другая авторская проговорка: между людьми и машинами установился эмпатический контакт, он же — единственная надежда на преодоление разделяющего их миры искусственного интеллекта. Увы, эта перспектива лишь обозначена и не проявлена, зато злободневна. Создатели Матрицы — как и предсказывали Вачовски — стремятся превратить людей в овощей, подчинить жизнь гомосапиенсов оцифрованной симуляции и «машинному доению». Разрушить сатанинский замысел может лишь человек, способный подчинить своей воле механическое царство и одолеть диктат бинарных алгоритмов. Эта роль явно не по зубам едва-едва припоминающей себя парочке, а значит, истинный спаситель уже в пути.

«Матрица: Воскрешение». США, 2021

Режиссер Лана Вачовски

В ролях: Киану Ривз, Кэрри-Энн Мосс, Нил Патрик Харрис, Джонатан Грофф, Яхья Абдул-Матин II, Джессика Хенвик, Кристина Риччи, Ламбер Вильсон, Эллен Холлман, Приянка Чопра, Дэниэл Бернхард

16+

В прокате с 16 декабря

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь