Елизавета СМИРНОВА

Коллекционирование: страсть, жажда познания или бизнес?

Об азарте, приключениях, потерях и мечтах коллекционеров

В одной из серий польского сериала «Декалог» два брата, которым в наследство досталась коллекция марок от отца-филателиста, незаметно сами увлекаются коллекционированием. И это увлечение становится настолько сильным и азартным, что заводит их слишком далеко: ради очень редкой марки один из братьев продает свою почку.

Конечно, подобные случаи — прямо скажем, из разряда патологических исключений. Но по-настоящему азартные коллекционеры действительно нередко тратят на приобретения сотни тысяч и даже миллионы рублей. Ведь стоимость действительно ценных предметов бывает нешуточной, а с желанием их приобрести иной раз и не поспоришь. Сергей Куницын, коллекционер хищных растений, один из героев нашей статьи, увлекся своим делом настолько, что был вынужден продать московскую квартиру, чтобы расплатиться с кредитами, которые накопились за время скупки редких экземпляров.

Но коллекционирование не всегда связано с привилегированностью и богатством. Вернее, оно не столько про демонстративное потребление, как его описал Терстейн Веблен, сколько про рафинированную исследовательскую жажду, в которой коллекционеры часто обретают самих себя — в соприкосновении ли с подлинным прошлым или с диковинными артефактами современности.

Глава, в которой читатель узнает о том, что общего между Петром Великим и водителем греческого посольства

Россия. На исходе XVII век, начавшийся Смутным временем и теперь неумолимо движущийся к большим переменам. Молодой Петр, еще не прозванный «Великим», отправляется путешествовать в Европу. Там он посещает множество музеев, не обходит стороной и модные в те времена «кунсткамеры» («палаты редкостей»). Но из своей первой поездки Петр не привозит никаких серьезных приобретений. Настоящая страсть к собирательству появляется у императора уже во время второго путешествия, спустя ровно двадцать лет. В 1717 году Петр знакомится с европейскими антикварами и живописцами, покупает картины с изображениями морей и кораблей.

Кроме того, как отмечают исследователи, чуть раньше, в 1715 году император увлекается собиранием драгоценностей, добытых из курганов на Урале и в Западной Сибири. Так называемую «сибирскую коллекцию» составляют почти 250 предметов скифо-сибирского стиля, изготовленных из золота. Среди них браслеты, серьги и предметы быта.

Так, помимо окна в Европу, Петр прорубил для России окно в мир коллекционирования, сам став первым русским коллекционером, удачно привил эту традицию на русской почве. Отныне коллекционирование приобрело научную форму — с присущей ей системностью, тяготением к каталогу и почти приключенческим антуражем.

Практически все современные российские музеи, в запасниках и постоянных экспозициях которых произведения искусства дореволюционного периода, состоят из бывших частных коллекций. Мало кто не знает Третьяковскую галерею, обязанную своим названием великому русскому коллекционеру и меценату Павлу Третьякову. А коллекция знаменитого купца Ивана Морозова, в которую входят работы Ренуара, Ван Гога и многих других известных мастеров, сегодня поделена между Пушкинским музеем и Эрмитажем.

Но примечательно, что с приходом всеобщей национализации сами коллекционеры в Советском Союзе не исчезли и даже не были запрещены. Скорее, эта страсть охватила чуть ли не все слои населения и создав «подпольных королей». Так, одним из самых известных советских коллекционеров был простой шофер греческого посольства Георгий Костаки. Конечно, эпитет “простой” к Костаки вряд ли употребим. Все, начиная с биографии этого советского и греческого подданного, мать которого происходила из богатого греческого рода, достойно отдельной книги, и не рассказать об этом приключении невозможно.

Коллекционировать Костаки начал еще в тридцатые годы, когда возил своих начальников из посольства Греции в комиссионные магазины, наполнявшие в то время Столешников переулок. Присматриваясь к покупкам дипломатов, самостоятельно изучая наводнивший комиссионные магазины по окончании НЭПа антиквариат, Костаки постепенно начинал разбираться в искусстве, а в душе его уже разгорался азарт настоящего большого коллекционера.

Первой покупкой стала фарфоровая фигура Наполеона на коне. «После Наполеона я купил еще две статуэтки XVIII века. Дальше — больше. Начал покупать картины, в основном, голландцев. Так продолжалось десять лет», — пишет в своих мемуарах Костаки. Но позднее интересы коллекционера изменились, перейдя от классической живописи к авангарду.

Сегодня Костаки называют крупнейшим коллекционером русского авангарда— то есть тем, кто спас его от забвения на чердаках и в сараях. В его коллекции работы Марка Шагала, Татлина, Родченко, Эль Лисицкого и многих других. Но только истинные знатоки вспоминают, что помимо авангардистов, многих из которых советский грек переоткрыл для отечественного зрителя, были еще и художники андеграунда 1960-70-х годов. Так, именно Костаки открыл для мира Анатолия Зверева.

В квартире коллекционера, по воспоминаниям ее посетителей, русский авангард заполнял собою все пространство: картины висели не только в комнатах, но и в коридоре. Говорят, что огромная квартира, расположенная в доме на Вернадского, вносилась в списки обязательных визитов для иностранцев. Среди знаменитостей, побывавших в этом домашнем музее, были Стравинский, Марк Шагал и даже Эдвард Кеннеди.

Помимо музея квартира Костаки служила местом встречи для коллекционеров, художников и искусствоведов. Некоторые вспоминают, что бывали дни, когда в квартире собирались одновременно 60-70 человек. Разумеется, молодые андеграундные художники стремились к тому, чтобы их работы тоже висели у Костаки. Еще бы, ведь нельзя было исключать, что какой-то иностранец, случайно заинтересуется и приобретет твою картину! Как вспоминает художник Дмитрий Плавинский: «Постепенно у Костаки на других квартирах, на Ленин­ском проспекте и затем на проспекте Вернадского, ста­ли часто собираться художники, поэты, музы­канты, за­падные критики и кураторы музеев».

Правда, были и те, кто считал Костаки агентом КГБ, очень уж подозрительной казалась такая свобода во времена, когда официально авангард был фактически запрещен, а советский кинематограф штамповал ленты с отрицательными героями-коллекционерами. Чего греха таить, советский коллекционер и вправду иногда был вынужден соприкасаться с «черным рынком», использовать не самые прозрачные схемы ввоза произведений в страну или же пользоваться прикрытием вышестоящих лиц.

Советские коллекционеры сталкивались со множеством трудностей, хотя формально никто не запрещал частное коллекционирование. Кому-то, как Георгию Костаки, поджигали квартиры и дачи. У кого-то коллекцию банально воровали, практически вынуждая уехать из страны. Но страсть и желание не только собрать, но изучить, сохранить и открыть миру невиданные до этого предметы быта и произведения искусства не угасали в коллекционерах несмотря ни на что.

Глава, в которой читатель узнает, как начать коллекционировать картины и узнать подделку по фотографии в интернете

«Мне всегда нравились старые вещи. Конечно, свою роль играли и воспоминания от советских фильмов. Помните, например, «Государственную границу», где пытаются вывезти портретные миниатюры на втором дне чемодана? В детстве завораживало, что у тебя могут находиться какие-то артефакты. А я рос в обычной советской семье и картины видел, максимум, в музеях. Но всегда было подсознательное желание обладать чем-то подобным», — начинает свой разговор с «Культурой» коллекционер Сергей Подстаницкий.

По образованию Сергей искусствовед. В 1990-х он окончил факультет музеологии РГГУ. Но интерес к истории, особенно русской, сопровождал искусствоведа и коллекционера с самого детства. Обучение в университете дало не только знания в области искусства, но и знакомства с настоящими коллекционерами, благодаря чему стало понятно, что детская мечта — не какие-то химеры: обладание произведениями искусства реально. Исчез и миф о том, что картины могут храниться только в музеях.

«Первое мое приобретение было в 1998 году. Я только окончил университет и параллельно подрабатывал журналистом. Получал зарплату в долларах и конверте. И тут произошедший дефолт 1998 года, который одномоментно превратил меня в состоятельного человека. Благодаря этим долларам в конверте я почувствовал, что могу пойти на Арбат и купить какую-то небольшую работу. Я так и сделал. Пошел и купил прежде недоступную акварель начала XIX века, работы Поливанова, однокашника Лермонтова», — вспоминает начало своего пути Подстаницкий».

С того момента, как говорит Сергей, он почувствовал, что пополнять коллекцию легко и приятно, а главное — для того, чтобы начать коллекционировать не обязательно нужен большой капитал. Сначала коллекция Подстаницкого пополнялась недорогими вещами. Но со временем они становились все дороже.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Волшебной страны летописец: 130 лет назад родился Александр Волков

Сегодня излюбленную часть собрания коллекционера составляют работы 18-го — начала 19-го века. В основном это портреты, что обусловлено не только интересом коллекционера к жанру, но и тем, что в тот период портрет был наиболее востребованным. В коллекции есть как громкие имена, такие как Рокотов, Боровиковский, так и менее известные, например, купеческий портрет ярославской школы.

Коллекционирование, по мнению Подстаницкого, это не просто частное увлечение, накопительство, в котором коллекция лишь подчеркивает статус его обладателя. «Конечно, бывают разные формы коллекционирования. Например, бывают коллекционеры, которые совершенно ничего не изучают и знают всего несколько имен, их больше интересует золотая рама, яркое пятно на стене и высокая стоимость, — сетует Сергей. — Но есть коллекционирование знаточеское, когда собиратель погружается в изучение эпохи, художника, его творческой биографии, и для меня такое собирательство более интересно, хотя нельзя отрицать, что любое коллекционирование важно для культуры».

Как ни странно, но сегодня коллекционеру гораздо проще, чем музею, приобрести картину. В отличие от музея, обремененного необходимостью множества согласований, коллекционера ограничивает лишь количество нулей в стоимости. В результате, часто мимо музеев проходят действительно интересные вещи, отправляясь прямиком в частные коллекции.

Вопреки предубеждениям, закупаются коллекционеры не только на западных аукционах. По словам Сергея, внутренний российский рынок хорошо развит. «Кроме пятерки крупных российских аукционов, каждый день, как грибы после дождя, возникают новые и новые, люди с удовольствием торгуются, покупают, цены там значительно ниже, чем на брендовых аукционах “Сотбис” и “Кристис”, но и там можно находить очень интересные и привлекательные вещи», — рассказывает Подстаницкий.

Не мешает работе аукционов и переход в онлайн. Оказывается, подделку опытный коллекционер может определить даже по фотографии. «По моему опыту, в 80% случаев настоящую вещь можно определить по фотографии, подделки, конечно, существовали, существуют и будут существовать, но проблема подделок не колоссальна, в моем периоде подделки крайне редки».

По его словам, преступники обычно берут вещь менее значимого, менее дорогого художника и либо меняют подпись, либо выдают без подписи за работу более значимого художника. «Подделать же картину начала 19-го века с нуля практически невозможно», — резюмирует Подстаницкий.

В сообществе коллекционеров постоянно бурлят страсти: кто-то гоняется по аукционам за картиной, которую давно искал, кто-то ищет сокровища среди ненужного хлама на частных квартирах. «Вообще покупка на аукционах — это огромный выброс адреналина, что-то сравни игре в казино или прыжкам с парашютом», —говорит Подстаницкий.

Глава, в которой читатель узнает, как сделать свои детские увлечения делом жизни и немного о венериных мухоловках

Конечно, коллекционеры не ограничиваются теми, кто собирает картины и привычные марки, монеты или открытки. Даже в России можно найти немало неожиданных и странных, на первый взгляд, собирателей. Например, Андрей Мятиев рассказал «Культуре» о своей коллекции велосипедов и даже создал свой веломузей. А Назим Мустафаев — известный коллекционер обуви. Но нам удалось найти человека, который собирает, наверное, самую удивительную коллекцию.

Сергей Куницын за свою жизнь сменил немало профессий. В основном все они касались кино: каскадер, актер массовки в фильмах и теле-шоу. Сергей успел даже поработать в продажах. Но еще в детстве, будучи маленьким мальчиком, он беззаветно увлекался животным миром. В основном хищными кошками, и до сих пор может многое рассказать о том, кто из них быстрее, ловчее, и почему львы больше не обитают на Южном Кавказе. Но любовь к природе мальчик, а затем взрослый мужчина пронес через всю жизнь.

«Всё началось с шока! 12 лет назад я жил один в однокомнатной квартире и держал все время в голове мысль, что у меня дома нет ни одного растения, даже кактуса, — оживленно начинает свой рассказ Сергей. — Я занимался своими делами и хотелось кого-то к себе домой. А тут мне надо было заработать денег перед восьмым марта. Ну и я купил розы, а затем очень удачно перепродал их. А тут мне друзья сказали — знаешь, ты хотел растения, так есть такие, которые жрут насекомых, тебе понравится. Я подумал — ух ты».

Первую венерину мухоловку Сергей загубил буквально сразу. Будущий коллекционер просто накормил своего опасного питомца мясом. Но, несмотря на неудачу, постепенно идея заниматься обычной флористикой, делать букеты с цветочными игрушками сошла на нет. Ее место заняли хищные растения, которые Сергей после первой попытки стал скупать везде, где только возможно. А знакомый программист, знавший об увлечении Куницына, тем временем сделал ему сайт, на котором теперь коллекционер выкладывает всю информацию о своем увлечении. Вскоре увлечение так утянула Сергея, что он оказался в долгах. Пришлось продать московскую квартиру.

Неудивительно, что не все близкие люди разделили его страсть. «Первое время это было ужасно! Семья мне никогда ничего не запрещала, но некоторые мои родственники думали, что я просто занимаюсь ерундой, и только через какое-то время, когда мне появились предложения провести эфир на телевидении или меня стали приглашать ботанические сады провести лекции, только после этого они начали воспринимать меня всерьез, — смеется Сергей. — Сейчас мне помогает моя мама, она была более гуманна и хотела, чтобы у меня всё это получалось. Был момент, когда не ладилась личная жизнь, потому что как-никак, а вторая половинка должна принять, что я этим занимаюсь как своим детищем много лет, что у меня первый подобный проект в стране, что на все это уходит очень много времени».

Несмотря на неурядицы, которые, впрочем, преследуют не только коллекционеров, Сергей не унывает. Даже наоборот — он полон сил и планов.

Коллекционирование для Куницына — это не только страсть к собирательству. Прежде всего — это любовь, страстная привязанность к хищным растениям. Но Сергей хочет не только сам как можно больше узнать о предмете своей страсти. Одна из целей его проекта — открыть для российских коллекционеров больше неизвестных растений, научить обращаться с ними (многие, по словам, коллекционера, губят даже обычные кактусы, потому что «растят их как березу»).

Сегодня лекции и выставки Куницына в разных городах собирают аншлаги. Послушать коллекционера приходят школьники, студенты и уже маститые биологи. Так, сразу после нашего разговора Сергей уезжал в Тверь, а на следующий день должен был состояться эфир с его участием на телеканале «Россия 24». Некоторые ученики и слушатели Куницына, приходившие на его лекции еще детьми, сегодня учатся на биологических факультетах. И всё благодаря заразительной увлеченности коллекционера.

Под конец разговора Сергей рассказывает, что видит свою миссию даже несколько шире, в воспитании и формировании жизненного пути через увлечение коллекционированием растений: «Знаете, люди разучились понимать, разучились изучать. Если бы я взял растения в тот момент, когда мне просто приспичило взять его для красоты, оно бы у меня сдохло и я был бы точно таким же невежественным. Но я прошел этот опыт, и сегодня на своем примере могу объяснить, что растения умирают от того, что к ним используется неправильный подход. Я поливал не той водой, открыл окно, когда ему было нельзя. Теперь же я полностью беру ответственность на себя, потому что знаю, какой должен быть уход».

По словам коллекционера, в последние годы к нему часто приезжают дети с родителями, которым он рассказывает о своем подходе и мировоззренческой концепции. Благодаря этим встречам уже есть примеры детей, которые начали самостоятельно изучать насекомоядные растения, став серьезными коллекционерами. «Более того, — вдруг смущенно добавляет Сергей, — они уже могут зарабатывать деньги на своем увлечении, даже будучи несовершеннолетними, чтобы сводить маму в ресторан или купить шикарный букет цветов». 

Фотографии: Александр Авилов / АГН «Москва».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь